Неточные совпадения
Анна улыбалась, и улыбка передавалась ему. Она задумывалась, и он становился серьезен. Какая-то сверхъестественная сила притягивала глаза Кити к лицу Анны. Она была прелестна в своем простом черном платье, прелестны были ее полные руки с браслетами, прелестна твердая
шея с ниткой жемчуга, прелестны вьющиеся волосы расстроившейся прически, прелестны грациозные легкие движения маленьких ног и рук, прелестно это
красивое лицо в своем оживлении; но было что-то ужасное и жестокое в ее прелести.
Шея и грудь открыты; все почти с бородами, но без усов, и большею частью рослый,
красивый народ.
На длинной и сильной
шее, украшенной у самцов гривой, помещается
красивая голова с большими трубчатыми и подвижными ушами.
Сивуч относится к отряду ластоногих и к семейству ушастых тюленей. Это довольно крупное животное и достигает 4 м длины и 3 м в обхвате около плеч при весе 680–800 кг. Он имеет маленькие ушные раковины,
красивые черные глаза, большие челюсти с сильными клыками, длинную сравнительно
шею, на которой шерсть несколько длиннее, чем на всем остальном теле, и большие ноги (ласты) с голыми подошвами. Обыкновенно самцы в два раза больше самок.
Его атласный, шитый шелками, глухой жилет был стар, вытерт, ситцевая рубаха измята, на коленях штанов красовались большие заплаты, а все-таки он казался одетым и чище и
красивей сыновей, носивших пиджаки, манишки и шелковые косынки на
шеях.
Красивая притупленная голова с большими подвижными округленными ушами сидит на длинной
шее и у самцов украшена двумя маловетвистыми рогами, на конце вилчатыми и имеющими не более шести отростков.
Прибежала девочка — тоненькая, худенькая, лет тринадцати и лицом на черного похожа. Видно, что дочь. Тоже — глаза черные, светлые и лицом
красивая. Одета в рубаху длинную, синюю, с широкими рукавами и без пояса. На полах, на груди и на рукавах оторочено красным. На ногах штаны и башмачки, а на башмачках другие с высокими каблуками; на
шее монисто, всё из русских полтинников. Голова непокрытая, коса черная, и в косе лента, а на ленте привешаны бляхи и рубль серебряный.
Привалов почувствовал, как к нему безмолвно прильнуло
красивое женское лицо и теплые пахучие руки обняли его
шею.
Белая батистовая рубашка выбивалась из-под этих пройм
красивыми буфами и облегала полную белую
шею небольшой розеткой.
В ней все было красиво: и небольшой белый лоб с шелковыми прядями мягких русых волос, и белый детски пухлый подбородок, неглубокой складкой, как у полных детей, упиравшийся в белую, точно выточенную
шею с коротенькими золотистыми волосами на крепком круглом затылке, и даже та странная лень, которая лежала, кажется, в каждой складке платья, связывала все движения и едва теплилась в медленном взгляде
красивых светло-карих глаз.
Пепел(вздыхая).
Красивая ты, Васка (женщина кладет ему руку на
шею, но он встряхивает руку ее движением плеча) — а никогда не лежало у меня сердце к тебе… И жил я с тобой и всё… а никогда ты не нравилась мне…
Скоро Филипп пришел с своей добычей: это был кряковый селезень, как мне сказали, до того
красивый пером, что я долго любовался им, рассматривая его бархатную зеленую голову и
шею, багряный зоб и темно-зеленые косички в хвосте.
Худенькая
красивая женщина — ее раньше Ромашов не заметил — с распущенными черными волосами и с торчащими ключицами на открытой
шее обнимала голыми руками печального Лещенку за
шею и, стараясь перекричать музыку и гомон, визгливо пела ему в самое ухо...
— Егорушка… что так поздно… — бросилась к нему Минкина и, обвив его
шею своими полными,
красивыми руками, запечатлела на обеих его щеках по горячему поцелую.
— Какая, брат, эта Фатеиха умная баба и собою-то какая
красивая: за неволю этакая убежит от мужа, не станет ему подставлять
шеи.
Мир, сверкавший, двигавшийся и звучавший вокруг, в маленькую головку слепого проникал главным образом в форме звуков, и в эти формы отливались его представления. На лице застывало особенное внимание к звукам: нижняя челюсть слегка оттягивалась вперед на тонкой и удлинившейся
шее. Брови приобретали особенную подвижность, а
красивые, но неподвижные глаза придавали лицу слепого какой-то суровый и вместе трогательный отпечаток.
Прокурор изредка черкал карандашом по бумаге и снова продолжал беззвучную беседу с предводителем дворянства, а тот, поглаживая седую бороду, выкатывал огромные
красивые глаза и улыбался, важно сгибая
шею.
До тех пор никаким сочинительством я не занимался. Раз только, когда мне было лет девять, я
сшил себе хорошенькую тетрадку, старательно ее разлиновал, на первую страницу «свел» очень
красивый букет из роз, — сводные картинки у нас почему-то назывались хитрым и непонятным словом «деколькомани», — надписал заглавие: «Сказка» и дальше стал писать так...
Я сунул его кулаком в морду, перешел в наступление и стал теснить. Испуг и изумление были на его
красивом круглом лице с черными бровями, а я наскакивал, бил его кулаком по лицу, попал в нос. Брызнула кровь. Он прижал ладони к носу и побежал. Пробежал мимо и рыжий, а Геня вдогонку накладывал ему в
шею…
Носик у ней с пережабинкой, светло-рогового цвета; голова,
шея и зоб сизо-розовые; около темных прекрасных глаз лежит ободочек, довольно широкий, из не заросшей перышками кожицы светло-малинового цвета; на обеих сторонах
шеи, на палец от глаз, есть продолговатое, очень
красивое, кофейное пятно, пересекаемое белыми полосками, или, лучше сказать, три темно-кофейные пятнышка, обведенные белою каемочкой; по крыльям от плеч лежат темные продолговатые пятна, отороченные коричневым ободочком; длинные перья в крыльях светло-кофейные, такого же цвета и хвост, довольно длинный; два верхние хвостовые пера без каемок, а все нижние оканчиваются белою полосою в палец шириной; по спине видны небольшие, неясные пестринки; хлупь чисто-белая и ножки розовые.
Сам он весь пестрый, темно-серый, как будто дымчатый или пепельный; такого же темного цвета и такими же поперечными мелкими крапинками и полосками, очень правильными, покрыты его беловатое брюшко и
шея; хвост коротенький, как обыкновенно у куликов; по-моему, красноножка всех их
красивее.
Средний кроншнеп весь серо-пестрый и покрыт бледно-коричневыми пятнами или крапинами; на спине и крыльях, особенно на крайней их половине, крапины гораздо крупнее и темно-коричневее, а на
шее, голове и груди мельче, желтоватее и светлее; брюхо почти белое, кроме редких коричневых, весьма
красивых копьеобразных пятен; подбой крыльев, идущий около папоротки, состоит из чисто-белых мелких перышек, и изнанка остальных больших перьев бледно-серая, очень
красивая и явственно повторяет узор верхней стороны крыльев.
Ее называют курицей, а не курочкой в отличие от болотного коростелька, или погоныша, которого также иногда зовут болотною курочкой. — Болотная курица величиной будет с молодого русского голубя. Она вполне заслуживает название курицы, потому что всем своим складом совершенно на нее похожа, особенно носом; цветом она вся темно-зеленая, с весьма
красивыми сизоватыми оттенками, испещрена мелкими белыми крапинками, особенно по нижней части
шеи, по зобу и брюшку; спина и вообще верх гораздо темнее, а низ светлее.
Селезень очень красив: он весь пестрый; на голове, над самыми его глазами, находится белое пятно; остальная часть головы и половина
шеи красновато-коричневого цвета; потом следует поперечная полоса серой ряби, сейчас исчезающей и переходящей в светло-багряный цвет, которым покрыт весь зоб; брюшко белое, спина испещрена
красивою поперечною рябью на крыльях, поперек от плечного сустава, лежит чисто-белое, широкое и длинное пятно, оканчивающееся черною бархатною оторочкой, под которою видна зелено-золотистая полоса, также отороченная черно-бархатною каймою; хвост короткий, шилообразный и довольно твердый; нос и ноги небольшие и черные.
Селезня должно бы назвать очень
красивым: он весь пегий, зоб темно-багряный, на
шее белая повязка, спина и крылья сизо-голубые, брюшко светло-серое; и со всем тем он как-то не кажется
красивым и далеко уступает селезню свиязей.
Селезень красив необыкновенно; голова и половина
шеи у него точно из зеленого бархата с золотым отливом; потом идет кругом
шеи белая узенькая лента; начиная от нее грудь или зоб темно-багряный; брюхо серо-беловатое с какими-то узорными и очень
красивыми оттенками; в хвосте нижние перышки белые, короткие и твердые; косички зеленоватые и завиваются колечками; лапки бледно-красноватые, нос желто-зеленого цвета.
Часто, глядя на нее, когда она, улыбающаяся, румяная от зимнего холоду, счастливая сознанием своей красоты, возвращалась с визитов и, сняв шляпу, подходила осмотреться в зеркало, или, шумя пышным бальным открытым платьем, стыдясь и вместе гордясь перед слугами, проходила в карету, или дома, когда у нас бывали маленькие вечера, в закрытом шелковом платье и каких-то тонких кружевах около нежной
шеи, сияла на все стороны однообразной, но
красивой улыбкой, — я думал, глядя на нее: что бы сказали те, которые восхищались ей, ежели б видели ее такою, как я видел ее, когда она, по вечерам оставаясь дома, после двенадцати часов дожидаясь мужа из клуба, в каком-нибудь капоте, с нечесаными волосами, как тень ходила по слабо освещенным комнатам.
Луша слушала эту плохо вязавшуюся тираду с скучающим видом человека, который знает вперед все от слова до слова. Несколько раз она нетерпеливо откидывала свою
красивую голову на спинку дивана и поправляла волосы, собранные на затылке широким узлом; дешевенькое ситцевое платье
красивыми складками ложилось около ног, открывая широким вырезом белую
шею с круглой ямочкой в том месте, где срастались ключицы.
Но от последнего осталась от времени одна основа, пропитанная салом, пуговицы были самые разнокалиберные, оставшаяся и так сильно порыжевшая одна сюртучная была в совершенно несвойственной ей компании костяшек и даже одной медной солдатской, на
шее старика был повязан шарф, когда-то
красивый, но превратившийся от насевшей на него грязи в буро-серо-малиновый.
Полюбовавшись им минуты с две, Санин хотел было заговорить, нарушить эту священную тишину — как вдруг дверь из соседней комнаты растворилась, и на пороге появилась молодая,
красивая дама в белом шелковом платье, с черными кружевами, в бриллиантах на руках и на
шее — сама Марья Николаевна Полозова.
Вспомнил он ее тонкую, слабую
шею,
красивые серые глаза.
Прошёлся по комнате, стройный и
красивый, остановился против хозяина, заложив руки за
шею, и, покачиваясь, продолжал...
Внизу, у подъезда, стояла его пролетка. Он ездил с месячным извозчиком на
красивой, но павшей на ноги серой лошади. Пролетка была новая, полуторная. Работнику он приплачивал шесть рублей в месяц; подарил ему три пары замшевых перчаток и два белых платка на
шею. Платил он за экипаж восемьдесят рублей.
Он обернулся. Перед ним заблестели два черных бархатных глаза, смотревшие на него бойко и весело. Ему протягивала белую полуоткрытую руку в светлой шведской перчатке статная, полногрудая,
красивая дама лет под тридцать, брюнетка, в богатом пестром платье, переливающем всевозможными цветами. Голова ее, с отблеском черных волос, белые зубы, молочная
шея, яркий алый рот заиграли перед Палтусовым. На груди блестела брильянтовая брошка.
Заговаривая с ним, ей всякий раз приходилось к нему оборачиваться, и он всякий раз любовался
красивым изгибом ее блестящей
шеи, он впивал тонкий запах ее волос.
На московском балу, где зарождается любовь Анны к Вронскому, покинутая Кити приглядывается к Анне: «Анна была прелестна в своем черном платье, прелестны были ее полные руки с браслетами, прелестна твердая
шея с ниткой жемчуга, прелестно это
красивое лицо в своем оживлении, но было что-то ужасное и жестокое в ее прелести».
Медленно ступала по траве около колодца невиданно огромная и
красивая птица с огненно-красной
шеей, с пышным хвостом, отливавшим зеленою чернью…
Борис, племянник Мириманова, шушукался с Асей. Лицо у него было бледное, а глаза томные и странно-красивые. Барышни Агаповы сверкали тем особенным оживлением, какое бывает у девушек только в присутствии молодых мужчин. Они изящно были одеты, и
красивые девические
шеи белели в вырезах платьев. Глаза их, когда случайно останавливались на Кате, вдруг гасли и становились тайно-скучающими и маловидящими.
Но чисто вымытая
шея пестрела красными точками от блошиных укусов;
красивые руки были красны, в черных трещинках; спереди во рту не хватало одного зуба.
Вот статная,
красивая девушка из Торжка, с жемчужным венцом, наподобие отсеченной сахарной головы; он слегка прикрыт платком из тончайшей кисеи, которого концы, подвязав
шею, прячутся на груди.
Со стороны можно было подумать, что он мчится с невероятной скоростью: так часто топотал он ногами, так высоко вскидывал их в коленях, и тогда усердное, деловитое выражение было в его подобранной
шее с
красивой маленькой головой.
С большой стриженой головой, без
шеи, красный, носастый, с мохнатыми черными бровями и с седыми бакенами, толстый, обрюзглый, да еще вдобавок с хриплым армейским басом, этот Самойленко на всякого вновь приезжавшего производил неприятное впечатление бурбона и хрипуна, но проходило два-три дня после первого знакомства, и лицо его начинало казаться необыкновенно добрым, милым и даже
красивым.
Так понятно мне было его лицо: этот видневшийся из-под соломенной шляпы крутой низкий лоб, похожий на лоб моего мужа, этот
красивый прямой нос с раздутыми ноздрями, эти длинные остро-припомаженные усы и бородка, эти гладко выбритые щеки и загорелая
шея.
Мы застаем Владислава Стабровского в одни из самых тревожных, роковых часов его жизни. Это был очень
красивый молодой человек, лет двадцати шести. Кто не знал бы его славянского происхождения, сказал бы, что он итальянец. Тип Авзонии отпечатался на его несколько смуглом лице, в его черных глазах, горящих томительным огнем юга, в его черных, шелковистых волосах, густо ниспадающих на
шею. Ничего резкого, выдающегося, ни одной ломаной линии в тонких чертах его лица; все было в нем полная гармония.
Ирена остановилась как вкопанная. Она никогда не видала ничего подобного. Она была так ослеплена, что, впрочем, не помешало ей заметить, что
шея ее в ожерелье казалась
красивее.
Берта Ивановна не гнула головы набок, как француженка, и не подлетала боком, как полька, а плыла себе хорошей лебедью и давала самый
красивый изгиб своей лебяжьей
шее.
Его тело было белее, чем у Ребера, а сложение почти безукоризненное:
шея выступала из низкого выреза трико ровным, круглым, мощным стволом, и на ней держалась свободно и легко
красивая, рыжеватая, коротко остриженная голова с низким лбом и равнодушными чертами лица.
Угомонившийся Бесенок шел щеголеватым шагом, изогнув
красивую черную
шею; вдруг он поднял голову и, взглянув вперед, громко заржал.
В десяти шагах от меня, из лесу вышла высокая молодая девушка с высоко подтыканным ситцевым сарафаном; кумачный платок сбился на затылок и открывал замечательно
красивую голову с шелковыми русыми волосами и карими большими глазами. От ходьбы по лесу лицо разгорелось, губы были полуоткрыты; на белой полной
шее блестели стеклянные бусы. Девушка заметила меня, остановилась и с вызывающей улыбкой смотрела прямо в глаза, прикрывая передником берестяную коробку с свежей малиной.
Ее
красивое лицо горело оживлением. За соседним столом царило гробовое молчание. Там играли Василий Васильевич, Будиновский, доктор Голицынский и ревизор Юрасов с Анною на
шее. Они сидели молча, неподвижные и строгие, и только изредка раздавалось короткое: «пас!», «три черви», «четыре трефы!» Елкин почтительно сказал...